?

Log in

No account? Create an account

Wed, Apr. 29th, 2015, 08:44 am
«Я немедленно направил корабль наперерез им и открыл огонь.» (часть 2)

Оригинал взят у reductor111 в «Я немедленно направил корабль наперерез им и открыл огонь.» (часть 2)
Начало здесь:
http://reductor111.livejournal.com/1287.html

«...после 4 часов дня, мой корабль стал 5-м в линии…».

Возвращаясь все-таки к заявленному в опубликованной Небогатовым статье маневру на выручку Суворова – так был он или нет? Учитывая крайнюю лаконичность Николая Ивановича в своих показаниях, придется искать следы данного маневра в показаниях других участников боя.
Увы, единственные свидетельства, которые можно трактовать в пользу такого маневра обнаруживается только в показаниях двух свидетелей с транспорта «Иртыш».

Подпоручик по адмиралтейству Фролов:
«Адмирал Небогатов, видя печальное положение транспортов, немедленно повернул со своим отрядом на помощь, благодаря чему и отвлек неприятеля от транспортов.»

Старший штурман мичман Емельянов:
«Около 4 час. 30 мин. «Суворов», со сбитыми трубами и мачтами, начал уменьшать ход и, выйдя из строя, остановился. Головным оказался «Бородино».
Затем, вплоть до 7 час. 30 мин. вечера, наши главные силы раза три пробовали пройти к северу, но каждый раз японцы их заставляли менять курс к О-сту и далее делать полный круг через Ost, W и N, после чего наши опять ложились на старый курс.
На предпоследнем повороте отряд Небогатова вышел из строя и своими выстрелами отогнал дивизию японских легких крейсеров, расстреливавших в это время, отставший от русских крейсеров транспорт «Иртыш». Было видно, как два из шести японских крейсеров (один с большим креном), вышли из строя и быстро скрылись в тумане: оставшиеся, отстреливаясь от Небогатова, отошли дальше.».


Однако оба свидетеля пишут о том, что Небогатов выручал транспорты. Небогатов писал, что бросился наперерез броненосным крейсерам, а здесь речь идет о легких. Кроме того, никаких подробностей маневра не приводится. Какое положение занимал «Суворов» относительно «Иртыша» в тот момент – не указано. Привязки по времени тоже нет.
Может быть, это был уже упомянутый Небогатовым обгон II отряда (который включал на тот момент «Сисой», «Наварин», «Нахимов»)?
Про этот маневр информации в свидетельских показаниях описан несколько подробнее.

Лейтенант Овандер с «Сисоя»:
«Эскадренный броненосец «Император Александр III», увидев, что поворот вправо эскадренного броненосца «Суворов» означал, что он выходит из строя, стал склоняться влево, поворачивая на прежний курс; за ним последовательно и остальные суда I броненосного отряда стали приводить ему в кильватер, ложась на старый курс.

В это же самое время, эскадренный броненосец «Николай І», выйдя из строя влево, увеличил свой ход, стал обходить суда, что показало, что он хочет занять головное место в колонне, после выхода из строя эскадренного броненосца «Суворов».».


Мичман Рождественский с «Нахимова»:
«К.-а. Небогатов, еще до боя семафоривший на «Нахимов»: «если Вы будете отставать, я обгоню Вас и заступлю на Ваше место», обогнал II броненосный отряд еще в начале 4-го часа.».

Командир «Сенявина» капитан 1 ранга Григорьев:
«Во время же боя, за выбытием наших судов из линии строя по различным случаям, суда IIІ-го отряда броненосцев все подвигались ближе к голове колонны, обгоняя отставших и тем сохраняя, хоть как-нибудь, сомкнутый кильватер; таким образом, после 4 часов дня, мой корабль стал 5-м в линии, а к концу боя, около 7 часов вечера, — 4-м, а бой начал — 2-м.[Прим.- А вот это, похоже, опечатка в первоисточнике. «Сенявин» в начале боя был 11-м в линии.]».

Но, как бы там ни было, в итоге III броненосный отряд после 4 часов дня занял место за первым.




«…адмирал приказывал бить в кучу…».


Вызывает интерес также вот какой вопрос:
Рожественский в начале боя флажным сигналом указал, что огонь первого броненосного отряда должен быть сосредоточен на головном японском броненосце. В результате этого «Микаса» оказался «рекордсменом» среди японских броненосцев и крейсеров по количеству пробоин «изловив» 10 снарядов крупного и 22 среднего калибра. Причем больше половины из них пришлось на первые 15 минут боя.
А как было дело с управлением огнем после того, как «Суворов» вышел из строя, загорелся и лишился возможности поднимать флажные сигналы?
А пытался ли Небогатов как-то координировать огонь хотя бы вверенного ему отряда и как это выглядело?
В связи с удивительной скромностью, проявленной Николаем Ивановичем в описании своих действий в бою, вновь приходится обратиться к другим свидетельствам.
Как водится, начнем со штабных офицеров.
Из них некоторые подробности дает только флаг-капитан капитан 2 ранга Кросс:
«Огонь наш отряд открыл не одновременно с «Суворовым» лишь потому, что наши орудия не хватали. Как выяснилось впоследствии, расстояние от «Суворова» до неприятеля, в момент открытия огня было 33 — 36 каб., а наше 9-е место от него отстояло на 16 каб., стало быть, до неприятеля было более 50 каб.; орудия же наши хватали на 40 кабельтовов.
Мы открыли огонь минут через пять па предельной дистанции 48 каб., в то время, когда неприятель поворачивал на 12 румбов влево, чтобы лечь параллельно нам; помню, что адмирал приказывал бить в кучу, так как, во время поворота, суда неприятеля казались сбившимися в кучу, а затем, неоднократно приказывалось стрелять по головному.».


Обратимся теперь к свидетелям с броненосцев, входивших в состав III отряда.
Старший арт. офицер «Апраксина» лейтенант Таубе:
«Во время боя с броненосца был открыт огонь по неприятелю с 54 кабельтовов, и ближе, как на 27 кабельтовов, с ним не сближались.
С броненосца, пока было возможно, стреляли по головному броненосцу «Миказа», потом же огонь был перенесен на брон. крейсер «Ниссин». Во время боя никаких сигналов не было, до боя же имелась «Инструкция артиллерийской службы на судах 2 эскадры», в которой были даны некоторые указания.».


Командир «Сенявина» капитан 1 ранга Григорьев:
«Во время открытия огня эскадренным броненосцем «Князь Суворов», ближайший к моему броненосцу неприятельский корабль был 5 или 6 номером, по которому я и открыл огонь, не ожидая открытия огня с «Императора Николая I», да и огонь так начали быстро открывать, после броненосца «Князь Суворов», что очень трудно было заметить, кто стрелял впереди меня, а кто не стрелял: напрасно и бесполезно было бы ожидать «Императора Николая I», так как его старые 12" пушки могли хватать только на 45 кабельтовов, а неприятель от него был не менее 50 кабельтовов.

Пред окончанием боя, за ½ часа, вел перестрелку с японским флагманским броненосцем «Миказа», шедшим у меня несколько впереди правого траверза на расстоянии около 50 кабельтовов.».

В показаниях свидетелей с «Ушакова», «Сисоя» и «Нахимова» тоже нет ничего о каких-либо попытках управления огнем с «Николая».

Кому же тогда «адмирал приказывал бить в кучу…», «а затем, неоднократно приказывалось стрелять по головному»? Подчиненным ему кораблям или только старшему артиллеристу «Николая»?
Данный вопрос пока тоже остается без ответа.





«..Я решил взять курс NО 23°..»

Возвращаемся вновь к показаниям контр-адмирала Небогатова:
«Извещение о передаче адмиралом Рожественским командования мне, я не получал; около же 5½ часов вечера, флаг-офицер лейтенант Сергеев доложил мне, что у нас по борту прошел миноносец, командир которого голосом и семафором передавал следующее: «Адмирал Рожественский приказал вам идти во Владивосток».
Около 5 часов вечера, не видя распоряжений Командующего эскадрой, а также, не имея никаких сведений о судьбе, старшего по нем, контр-адмирала Фелькерзама, я решил взять курс NО 23°, указанный еще до боя и ведущий во Владивосток, во исполнение чего, поднял сигнал «Курс NO 23°», каковой сигнал и был принят ІІІ-м броненосным отрядом; передовые же два броненосца «Бородино» и «Орел», хотя и не отвечали на мой сигнал, но маневрировали так, что склонялись к назначенному курсу.».

Итак, выходит, что спустя 3 часа после начала боя командующий III броненосным отрядом все-таки проявляет инициативу и начинает управлять эскадрой. Посмотрим, как это событие выглядело в глазах других участников боя.
Старший офицер «Сенявина» капитан 2 ранга Артшвагер в своем рапорте рисует схожую картину:
«В 5 с половиною часов вечера, с броненосца «Император Николай I», был сигнал: «Курс Норд-Ост 23°», колонна наша состояла из кораблей в следующем порядке: «Бородино», «Орел», III отряд броненосцев, «Наварин», «Сисой Великий» и «Адмирал Нахимов». Броненосец «Князь Суворов», по выходе из строя, в него более не вступал и до 5 с половиною часов вечера курсы вообще были переменные, и, хотя несколько раз колонна и шла к югу, но в общем, место боя несколько передвинулось к северу.
В 6 час. вечера один из наших миноносцев, перейдя с правого нашего борта на левый, под носом, передал голосом, что адмирал Рожественский передал командование адмиралу Небогатову»


Любопытное описание данного момента дает также прапорщик Шамие с «Николая»:
«Адмирал Небогатов приказал посмотреть вокруг, не видно ли, где адмиральского флага; когда сигнальщики доложили, что такого нигде нет, то он сказал: «Ну, значит, я старший; поднять сигнал: «Следовать за мной, курс Владивосток NО 23°». Не успели следовавшие за нами корабли отрепетовать этот сигнал, как к нам подошел миноносец и передал семафором и в рупор, что «Адмирал Рожественский находится на миноносце и приказал вам идти во Владивосток». Выслушав это приказание, адмирал Небогатов сказал: «Слава Богу. значит, я хорошо распорядился».».


Однако командир броненосца «Сисой Великий» капитан 1 ранга Озеров рисует в своих показаниях несколько иную картину:
«В 7-м часу в начале миноносец «Буйный» поднял сигнал, что Адмирал передает командование эскадрой Контр-Адмиралу Небогатову, а последний, вслед за этим сигналом, дал курс норд-ост 23°. В 7-м же часу был виден большой пожар на «Бородино», — вышел из линии. Момента его гибели не видал.»

Такая же последовательность событий отражена и в рапорте лейтенанта Сонцова («Светлана»):
«Около 6-ти часов вечера с миноносца «Буйный» был сигнал о том, что командование эскадрою передается Контр-Адмиралу Небогатову; сигнал об этом мы отрепетовали. Вскоре затем на броненосце «Император Николай I» был поднят сигнал — «броненосцам курс NO 23°»».

Схожие свидетельства также многие другие участники боя. В их числе командир миноносца «Бодрый» капитан 2 ранга Иванов, командир крейсера «Владимир Мономах» капитан 1 ранга Попов, его подчиненный лейтенант Нозиков, старший офицер «Дмитрия Донского» капитан 2 ранга Блохин. В числе тех, кто заставляет усомниться в словах Небогатова, есть даже офицеры с «Николая». Это мичман Унгерн-фон-Штернберг и даже…флаг-капитан самого Небогатова капитан 2 ранга Кросс:
«Сигнала о передаче командования на «Николае I» не видели, почему и не делалось никаких распоряжений крейсерам и миноносцам; в особенности же подход миноносца, кажется, «Безупречного» и переданное с него приказание адмирала Рожественского (голосом и семафором): «Адмирал приказал вам идти во Владивосток», давало повод думать, что старший флагман сам командует эскадрой и передает нам приказание через миноносец, потому что на «Суворове» все сбито. Командующий отрядом тогда поднял ІІІ-му отряду сигнал «Следовать за мною и курс Норд-Ост 23°», — тот же, что давал и полдень старший флагман.».

Таким образом вопрос «Был ли подъем вышеуказанного сигнала инициативой Небогатова, или являлся лишь следствием сигнала о передаче командования и приказа следовать в во Владивосток» пока остается открытым.
Теперь самое время подробнее рассмотреть «как миноносец «Буйный» поднял сигнал, что Адмирал передает командование эскадрой Контр-Адмиралу Небогатову» и что из этого вышло.



«Извещение о передаче адмиралом Рожественским командования мне, я не получал…»

Несмотря на то, что командиры «Бедового» и «Быстрого» по какой-то причине не выполнили возложенных на них обязанностей по снятию с потерявшего управление и боеспособность «Суворова», нашелся офицер, который проявил мужество и инициативу. Командир миноносца «Буйный» капитан 2 ранга Коломейцев, сильно рисковал вверенным ему кораблем, его экипажем и спасенными с «Осляби». Однако ему удалось(примерно в половине шестого вечера) принять на борт командующего эскадрой Рожественского, шестерых офицеров его штаба и 16 нижних чинов. Дальше слово самому Коломейцеву:

«Следуя за крейсерами, я, по приказанию флаг-капитана, поднял сигнал: «Адмирал передает командование Адмиралу Небогатову»; затеи второй: «Адмирал находится на миноносце — ранен». Кроме того известие о спасении Адмирала было передано по семафору на ближайшие крейсера и миноносцы, которые шли рядом со мною. Соседями оказались «Бедовый», «Донской», «Быстрый», «Безупречный» и «Грозный».
По приказанию Адмирала миноносцу «Безупречному» было поручено сходить к «Николаю І» и передать содержание сигнала, т. к. самый сигнал «Николай» мог и не видеть за дальностью расстояния.»


Итак, спустя около 3 часов с того момента, как горящий «Суворов» вышел из строя состояние дел у Рожественского наконец прояснилось, управление эскадрой восстановлено, Небогатову передан сигнал вступить в командование.
Но не тут то было!

Небогатов:
«Извещение о передаче адмиралом Рожественским командования мне, я не получал; около же 5½ часов вечера, флаг-офицер лейтенант Сергеев доложил мне, что у нас по борту прошел миноносец, командир которого голосом и семафором передавал следующее: «Адмирал Рожественский приказал вам идти во Владивосток».»
Как же так? В чем причина? Какая трагическая случайность помешала заметить сигнал о передаче командования?

Вновь обращаемся к показаниям флаг-лейтенанта Сергеева:
«В это время, я заметил на транспорте «Анадырь» сигнал: «Известно ли адмиралу», позывные контр-адмирала Небогатова. Хотя этот сигнал и был нам совершенно непонятен, тем не менее, он навел адмирала на мысль, что командования над нашей эскадрой или вовсе нет, или оно, почему-либо, не может быть проявлено».

Вот такая трагическая случайность помешала начальнику 3 броненосного отряда принять командование. К сожалению, из показаний флаг-офицеров Небогатова непонятно, были ли предприняты попытки проинформировать «Анадырь» о том, что его сигнал неразборчив.
Как выглядела ситуация с передачей приказа с палубы «Безупречного», узнать уже не получится – утром следующего дня «Безупречный» погиб со всем экипажем.

Потому попробуем посмотреть, как выглядел сигнал с других кораблей. Начнем конечно же с «Анадыря». Слово его командиру капитану 2 ранга Пономареву:
«В 6 ч. 15 м. с одного из миноносцев наших было передано по семафору, что адмирал ранен и находится на миноносце «Буйный», о чем приказано передать на другие суда, что и исполнил.
В 6 ч. 30 м. репетовал сигнал, поднятый на одном из миноносцев «Адмирал передает начальство Адмиралу Небогатову».».

Отмечу, что ни о каких ответных сигналах с «Николая» Пономарев в своем рапорте ничего не говорит.

Но заметили  данный сигнал не только на «Анадыре».

Старший офицер «Сенявина» капитан 2 ранга Артшвагер:
«В 6 час. вечера один из наших миноносцев, перейдя с правого нашего борта на левый, под носом, передал голосом, что адмирал Рожественский передал командование адмиралу Небогатову.».

Лейтенант Максимов с «Ушакова»:
«Около 5-ти час. дня был замечен броненосец «Князь Суворов» без мачт, без труб, весь в дыму, шедший к нашей эскадре…….
Около того-же времени на одном из контр-миноносцев был поднят сигнал: «Адмирал передает командование эскадрой Адмиралу Небогатову.
Около 5-ти час. 30 м. дня броненосец «Император Александр III-й» все время сильно обстреливаемый неприятелем, перевернулся и кузов его еще долгое время держался на поверхности воды.».

Командир «Сисоя» капитан 1 ранга Озеров:
«В 7-м часу в начале миноносец «Буйный» поднял сигнал, что Адмирал передает командование эскадрой Контр-Адмиралу Небогатову, а последний, вслед за этим сигналом, дал курс норд-ост 23°.».

Мичман Энгельгардт, «Нахимов»:
«Мимо нас прошел «Буйный», держа сигнал «Адмирал передает командование Небогатову».
Сигнал долго никем незамеченный, первым отрепетовала «Корея» (транспорт, не имевший военного свода сигналов).
Сигнал отрепетовали. «Буйный» скрылся среди транспортов, направляясь, как казалось, к «Олегу».».


И так далее. Помимо вышеприведенных свидетельств, сигнал о передаче командования Небогатову разобрали (и не только разобрали но и отрепетовали) на «Олеге», «Авроре», «Жемчуге», «Светлане», «Донском», «Мономахе», «Алмазе», «Бедовом», «Быстром», «Бодром», «Блестящем», «Громком» и «Иртыше».

Даже один свидетель с «Николая» (ранее уже упоминавшийся мичман Унгерн-фон-Штернберг) разглядел приказ о передаче командования:
«Около 7½ час. нас обогнал один из наших контр-миноносцев, какой я не знаю, и передал нам по семафору, что адмирал Рожественский спасся на «Буйный» и передал адмиралу Небогатову командование эскадрой, приказав идти во Владивосток.».

Впрочем, это еще «цветочки». «Ягодки» обнаруживаются в показаниях старшего офицера «Донского» капитана 2 ранга Блохина:
«Около этого времени, замечен был на одном миноносце, кажется, на «Буйном», сигнал: «Начальствующий передает командование адмиралу Небогатову». Считаю нужным подробно остановиться на этом факте. Сигнал этот был отрепетован большинством кораблей эскадры. Когда старший сигнальщик Зотов спросил меня: «Можно ли спускать сигнал»? я ответил вопросом, «Видят ли сигнал на «Николае I»? Зотов доложил, что на «Николае I» поднят ответ; мне это показалось странным и я приказал сигнал держать. На «Донском» сигнал этот был спущен, по моему личному приказанию, только тогда, когда сигнальщик Зотов доложил, что почти все корабли его спустили.
Через месяц после боя, уже в плену, в местечке Нино-сима, (карантинный пункт, чрез который в Японии пропускались все военнопленные), мне пришлось встретиться с флагманским сигнальным кондуктором с броненосца «Николай I». Этот кондуктор в присутствии капитана 2 ранга Ивкова, бывшего старшего офицера бр. «Сисой Великий» подтвердил мне, что сигнал о передаче командования на «Николае I» был разобран; знает это он потому, что сам, с, старшим сигнальщиком, находясь на мостике вне боевой рубки, флаги этого сигнала читали и чрез пролет, под крышей боевой рубки, докладывали о них флаг-капитану и флаг-офицерам, которые находились в рубке; он добавил, что если бы он не слыхал вслух прочитанного флаг-офицерами в сигнальных книгах значения этого сигнала, то он вообще не имел бы возможности знать его значение. Тот же кондуктор показал, что, после сигнала с миноносца, другой миноносец подходил к борту, «Николая I» и голосом передал на «Николай I» приказание Командующего: «Идти во Владивосток», но он не помнит, чему непосредственно следовал поднятый на «Николае I» сигнал: «Броненосцам курс NО 23°», прочитанному ли с миноносца сигналу о передаче командования или полученному приказанию с подошедшего к борту «Николая I» миноносца.».


 Прочитав такое, остается только руками развести – либо Блохин дал, мягко говоря,  недостоверную информацию, либо….
Либо у командующего III броненосным отрядом могла быть какая-то причина отрицать факт передачи ему командования?
Увы, те материалы, которые мне доступны, не содержат ответа на эти вопросы.

После всего этого дальнейшее рассмотрение действий Небогатова 14 мая уже никакого смысла, пожалуй, не имеет.







Краткое резюме.

Изучение имеющихся в моем распоряжении источников дало следующие результаты:


  1. Свидетельств о том, что Небогатов, видя гибель «Осляби» и выход из строя потерявшего управление и горящего «Суворова», попытался хотя бы выяснить судьбу старших начальников, не обнаружено (в том числе и в показаниях самого Небогатова).

  2. Категорические заявления Небогатова о том, что ему ничего не было известно о планах Командующего эскадрой, вызывают серьезные сомнения.

  3. Описанный Небогатовым в статье в «Джейн» бросок наперерез броненосным крейсерам противника для оказания помощи «Суворову» имеющимися в моем распоряжении свидетельскими показаниями не подтверждается.

  4. Попытки управления огнем хотя бы 3 броненосного отряда со стороны Небогатова в доступных мне рапортах и показаниях участников боя не обнаружены.

  5. Похоже, что подъем сигнала «Курс NO 23°» Небогатовым (вопреки его показаниям) был все-таки следствием появления сигнала о передаче командования на «Буйном».

  6. С сигналом о передаче командования Небогатову вышло совсем нехорошо – Небогатов и его штаб не заметили этого сигнала, в то время, как на большинстве других кораблей его не только правильно разобрали, но и отрепетовали. Мало того – старший офицер «Донского» капитан 2 ранга Блохин категорически заявил в своих показаниях, что вышеуказанный сигнал был принят и разобран на флагманском корабле Небогатова.


Вот такая мрачная картина у меня получилась.

В связи с тем, что объем источников, которыми я оперировал, ограничен, я допускаю, что данная картина может оказаться неполной и некорректной.

Источник:
Русско-Японская война. Действия флота. Документы. Отдел IV. 2-Тихоокеанская эскадра. Книга третья (Бой 14-15 мая 1905 года). Выпуски с первого по пятый.


В заключение я хотел бы выразить глубокую признательность участникам Цусимских форумов, чьи обсуждения (например http://tsushima.su/forums/viewtopic.php?id=348 и http://tsushima.su/forums/viewtopic.php?id=2836 ) дали много полезной информации для размышления.
Особо я хотел бы поблагодарить тех, кто выложил в ветке http://port-artur.su/forums/viewtopic.php?id=3677 рапорты, донесения и показания участников боя – эти люди своим трудом сберегли мне массу времени на написание данного поста.