?

Log in

No account? Create an account

Wed, Feb. 4th, 2015, 11:47 pm
Что мне делать с книжкой?

Оригинал взят у slon_76 в Что мне делать с книжкой?
Приветствую!

Поскольку сделанная мною в соавторстве с Михаилом Быковым и его тезкой Михаилом Жироховым книжка о боевом пути 7-го истребительного авиаполка так и не нашла своего издателя и, честно говоря, надежды, что найдет, тают ежедневно, вопрос о том, что с нею делать дальше встает ребром. Ибо работа проделана, а что с этой работой делать дальше - непонятно... Врать не буду, хотелось бы с этой книжки и поиметь хоть что-то.
В результате посетила меня мысль шальная: а не пустить ли книжку в продажу в качестве электронной книги? Сразу же скажу, что эта мысль пока чисто гипотетическая, я её даже не обсуждал со своими соавторами. Но вообще интересно было бы знать, хотя бы из моих читателей/френдов это кому-нибудь интересно, и если да - какую сумму они готовы на это дело потратить.
Скажем рублей 150 - это норм? Короче, стоит ли вообще этой фигней заниматься?
В книге 742 тысячи знаков (с пробелами), она охватывает период с 1938 года, т.е. с момента формирования полка, и до марта 1942, т.е. о присвоения полку гвардейского статуса и переименования его в 14-й ГКИАП. Дальнейшая история полка дана, так сказать, в основном "для справки". В книге 10 приложений, в основном посвященных упомянутым в ней летчикам, победам и потерям полка и т.д. Фоток и картинок мало, сразу говорю.
Практически половина книги посвящена событиям "зимней войны", как вы понимаете, это писал я. За всякую там статистику и приложения отвечал Миша Быков, раздел посвященный ВОВ писал, как я понимаю, Михаил Жирохов (вот честно, точно не в курсе, если Михаил меня поправит - внесу исправления), но и я свои шаловливые ручонки к нему на финальном этапе приложил.
Ну в общем как-то так. Поскольку моих 300+ читателей явно маловато для создания объективной картинки (хорошо если процентов 10 мне ответят хотя бы), то я буду не против... Ай, ладно, кому я вру... я буду весьма признателен, если кто-нибудь из вас в целях расширения аудитории опроса сошлется на этот пост.

Да, для наглядности под катом кусок текста.

Несмотря на достаточно высокие февральские потери, к началу марта численность финской истребительной авиации заметно выросла, поскольку именно на февраль пришелся основной поток помощи из-за границы, позволивший перевооружать старые и формировать новые эскадрильи. Благодаря прибывшим из Франции трем десяткам истребителей «Моран-Солнье» (Morane-Saulnier) M.S. 406C-1 удалось укомплектовать сформированную еще в декабре специально в расчете на заграничные поставки эскадрилью LLv 28. В январе была сформирована еще одна эскадрилья – LLv 22, в состав которой вошло немало иностранных летчиков-добровольцев. Однако, запланированная для её вооружения материальная часть – американские истребители «Брюстер» B-239 (Brewster B-239 Baffalo) и английские «Харрикейн» I (Hawker Hurricane Mk.I) – начала поступать в Финляндию только в марте и фактически эскадрилье повоевать так и не пришлось. В целом же по состоянию на 1 марта 1940 года в боевых частях финских ВВС, включая эскадрильи 1-го авиаполка, число истребителей выросло до 81, почти вдвое превысив соответствующие показатели на начало войны.
К началу марта командование Воздушной обороной Финляндии, в связи с поступлением новой материальной части, решило провести перевооружение своих эскадрилий. Еще 24 февраля штабом Воздушной обороны был издан приказ №28, предполагавший перетряску практически всех финских эскадрилий, за исключением 4-го авиаполка. Согласно этому приказу, все имевшиеся на вооружении «Гладиаторы» следовало передать в 1-й авиаполк для перевооружения эскадрилий LLv 12 и LLv 14. В результате каждая из этих эскадрилий должна была иметь по два звена «Гладиаторов» и по одному звену С.Х. Оставшиеся после перевооружения С.Х и С.V надлежало передать в LLv 16, которой предстояло полностью избавиться от своих устаревших «Райпонов» и «Юнкерсов». Передача «Гладиаторов» в 1-й авиаполк состоялась 1 марта, однако в полной мере осуществить задуманное не удалось. После воздушных боев 25 и 29 февраля, сопровождавшихся тяжелыми потерями «Гладиаторов», последних просто не хватило для перевооружения четырех звеньев. Из оставшихся в эскадрильях одиннадцати С.Х четыре (три и один соответственно) были серьезно повреждены и ожидали отправки для ремонта на завод.

Таблица 12. Боевой состав финских эскадрилий взаимодействия с наземными войсками (по состоянию на 2 марта 1940 года)

Матчасть Самолетов в звеньях Всего самолетов
1-е звено 2-е звено 3-е звено
LLv 12 «Гладиатор» 4 4 14
«Фоккер» С.Х 2 4
LLv 14 «Гладиатор» 6 11
«Фоккер» С.Х 3 2
Согласно тому же приказу, наиболее результативная истребительная эскадрилья LLv 24 должна была полностью перевооружиться на «Фиаты» G.50, а свои «Фоккеры» передать в LLv 26. Предполагалось, что LLv 24 возьмет на себя прикрытие района Элисенваара – Симола, LLv 28 будет обеспечивать ПВО юго-западной Финляндии, а LLv 26 прикроет район Коувола – Утти, а одним звеном – «Группу Т» в северном Приладожье. Прикрытие войск на фронте должны были обеспечить «Гладиаторы». Таким образом, задачей 2-го авиаполка осталась исключительно ПВО тыловых районов и борьба с советскими бомбардировщиками, а прикрытие частей на фронте становилось головной болью командира 1-го авиаполка.
27 февраля штаб 2-го авиаполка издал приказ №13, в котором детализировал задачи и процесс перевооружения своих эскадрилий в свете означенного выше приказа. Эскадрилья LLv 26 должна была сдать девять «Фиатов» в LLv 24, откуда получить шесть «Фоккеров». Дальнейший обмен техникой надлежало производить по мере поступления «Фиатов». Надо заметить, что к 1 марта LLv 26 приняла шестнадцать G.50, из которых два уже поломали и один потеряли в воздушном бою, еще пять прибыли 2-3 марта и столько же 8 марта. Таким образом, к середине месяца LLv 24 вполне могла иметь на вооружении более двух десятков «Фиатов», превосходивших «Фоккеры» практически по всему комплексу летно-технических характеристик. Однако, воевать на итальянских истребителях летчикам эскадрильи было не суждено. Развернувшиеся на фронте события вновь спутали все планы финского командования.
28 февраля на Карельском перешейке грянуло новое наступление войск Северо-западного фронта. Финское командование еще накануне отдало приказ «Армии Перешейка» начать отход на тыловую оборонительную линию, т.н. «линию Т», проходящую от Выборга через станцию Тали к озеру Вуокси. Фактически, против начавших наступление 7-й и 13-й армий действовали финские части прикрытия, но сопротивлялись они с отчаянием обреченных. В последовавших 28 февраля – 2 марта боях, преодолевая упорное сопротивление противника, две дивизии 7-й армии пробились непосредственно к южным пригородам Выборга, где увязли в ожесточенных боях с основными силами финской 3-й пехотной дивизией. Левофланговым частям армии удалось полностью очистить от противника полуостров Койвисто и юго-восточный берег Выборгского залива.
По уже сложившейся дурной традиции, в день начала очередного советского наступления погода испортилась настолько, что авиация снова оказалась прикованной к земле. Зато на следующий день, словно наверстывая упущенное, ВВС 7-й армии обрушились на противника с удвоенной силой. В течение дня летчиками было выполнено 875 боевых вылетов, в том числе 478 СБ и 349 истребители. По-прежнему, цели для авиабригад ВВС армии были условно разграничены линией железной дороги Выборг – Ленинград. К западу от неё, в том числе по северному побережью Выборгского залива, работали СБ 18-й авиабригады, к востоку – 55-й. Поскольку основной район действия летчиков 7-го ИАП лежал к западу от дороги, взаимодействовать им приходилось в основном с экипажами 18-й авиабригады, оказывающими поддержку частям 10-го и 34-го стрелковых корпусов.
7-й ИАП в течение дня так же был очень активен, поставив свой собственный новый рекорд по производству боевых вылетов за день – 146. Шестьдесят из них было затрачено на сопровождение бомбардировщиков, фоторазведчиков и корректировщиков (последнюю задачу выполняли летчики 2-й эскадрильи, выполнившие с этой целью 22 вылета). Учитывая пассивность воздушного противника в предыдущие дни, полк снова вернулся к практике посылать на прикрытие СБ «Чайки», вооруженные бомбами, чтобы после сопровождения самостоятельно атаковать цели. Так, восьмерка И-153 во главе со старшим лейтенантом Гейбо и столько же «Чаек» 3-й эскадрильи во главе с капитаном Поляковым около полудня вместе с СБ бомбили Вилайоки на западном берегу Финского залива, около 16 часов еще одна восьмерка «Чаек» под командованием того же Гейбо после прикрытия СБ атаковала артиллерийские позиции на мысе Ристи-ниеми, а около 18 часов уже шесть И-153, но с неизменным И.И. Гейбо в качестве лидера вместе с бомбардировщиками бомбили город и крепость Тронгсунд на острове Ууран-саари. По каким-то непонятным причинам, шесть И-153 под командованием капитана Полякова в 14.09 были отправлены бомбить деревню Хейниоки, которая располагалась значительно восточнее основного района боевых действий полка, в полосе наступления 23-го стрелкового корпуса 13-й армии. К моменту их прилета Хейниоки и так уже сильно горела, поэтому сброшенные пилотами «Чаек» шесть ЗАБ-50, шесть АО-25 и шесть АО-15 были больше похожи на подливание масла в огонь, чем на осмысленную и нужную акцию.
Достаточно большую долю в боевых вылетах полка продолжали составлять вылеты на разведку, причем объектом разведки становились не только (а зачастую и не столько) войска и коммуникации противника. Достаточно много вылетов отводилось на установления линии продвижения своих войск. Фактически с них начиналось каждое утро, а потом выполнялось еще несколько полетов в течение дня. Очень много внимания в первые дни марта уделялось и контролю за Сайменским каналом «чтобы своевременно обнаружить ход воды». Фактически, пары и звенья истребителей полка по 3-5 и более раз за день осматривали канал. Забегая вперед, отметим, что разведка играла заметную роль в деятельности полка вплоть до 8 марта, отнимая в среднем от 10 до 25% боевых вылетов. Своеобразный рекорд был поставлен 6 марта, когда вылеты на разведку составили почти треть от 158 боевых вылетов полка! Всего же в марте полк произвел 208 вылетов на разведку.
Любители истории авиации, хотя бы в общих чертах знакомые с событиями войны в воздухе над Финляндией зимой 1939/40 годов, почти наверняка слышали об эффектном воздушном бое, проведенном летчиками 68-го ИАП над финским аэродромом Руоколахти 29 февраля. В этом бою даже по финским данным было потеряно пять истребителей «Гладиатор» и один «Фоккер». Однако мало кто знает о похожем эпизоде, произошедшим с летчиками 7-го ИАП в тот же день, хотя их успех стал в рамках ВВС 7-й армии таким же резонансным событием.
В 8.56 девятка И-16 4-й эскадрильи во главе со старшим лейтенантам П.А. Михайлюком, замещавшим заболевшего комэска-4 Ф.И. Шинкаренко, вылетела для атаки обнаруженного ранее финского аэродрома в районе Лаппеенранты. В 9.30 ведущий заметил внизу, на озере к западу от деревни Хартиккала (восточнее Лаппеенранты), выруливающие на старт одиннадцать D.XXI. Михайлюк немедленно повел своих летчиков в атаку. Согласно советским данным, в воздух успели подняться четыре финских истребителя, еще два были сбиты на взлете, а оставшиеся пять уничтожены на земле, точнее на льду. Советские документы содержат красочное, местами даже чересчур, описание штурмовки аэродрома: «Белофиннов застали врасплох. Они судорожно заводили моторы, метались и тревожно суетились, как затравленные звери. Атака началась звеньями. 2 вражеских самолета зажжены на взлете. Охваченные диким страхом, белофинские летчики выскакивали из кабин, а техники – из-под самолетов и, очертя голову, гнались в лес. Вдогонку им в кильватерной колонне бросаются 3 летчика: ст. лейтенант тов. Булаев, ст. лейтенант тов. Мельников и мл. лейтенанта тов. Муравьев. Уже при второй атаке на территорию врага советские летчики, пренебрегая опасностью, действовали так, как на своем полигоне, расстреливая, как обыкновенную мишень, живую силу и матчасть противника, запрятанную в брезенты и специальные ящики-ангары. В результате целиком уничтожены м/часть и личный состав белофинской эскадрильи».
После штурмовки советские истребители были обстреляны огнем с земли и переключились на зенитную точку. В этот момент советская эскадрилья сзади была атакована тройкой «Фоккеров», видимо той самой, которая успела взлететь. Под обстрел «Фоккера» попал старший лейтенант А.Н. Мельников, в плоскости И-16 которого позже обнаружили четыре пробоины. После атаки финские истребители развернулись и начали уходить. В погоню бросилось звено Булаева, которое, по словам летчиков, настигло противника в 4 километрах севернее Лаппеенранты, где Мельников сбил одного из «Фоккеров».
В «журнале боевых действий» полка отмечено, что в ходе этой атаки было уничтожено на земле пять истребителей противника, два на взлете и один в воздухе. Однако в итоговом списке побед полка уничтоженными на взлете и на аэродроме счисляться уже восемь истребителей противника. По паре уничтоженных «Фоккеров» записали на свой счет старшие лейтенанты П.А. Михайлюк и Г.П. Ларионов, а так же лейтенант А.Д. Булаев. Еще по одному уничтоженному «Фоккеру» было засчитано младшим лейтенантам М.П. Сереженко и М.В. Борисову. Сбитый же в воздухе истребитель по-прежнему значится за А.Н. Мельниковым. Таким образом, в ходе одного вылета 7-й ИАП пополнил свой боевой счет сразу девятью уничтоженными самолетами противника.
Факт участия в бою старшего лейтенанта Мельникова довольно интересен. Дело в том, что Мельников числился в составе 5-й эскадрильи старшего лейтенанта Гейбо, но по каким-то причинам участвовал в боевых вылетах в составе 4-й эскадрильи. Можно предположить, что часть пилотов 5-й эскадрильи принимала участие в вылетах 4-й эскадрильи, поскольку, во-первых, в 5-й эскадрильи все равно на всех самолетов не хватало, а во-вторых, шестеро из летчиков эскадрильи на Халхин-Голе воевали именно на И-16 и только в Ленинградском военном округе переучились на И-153. Один из летчиков эскадрильи, Дмитрий Алексеевич Медведев, позже вспоминал:
«В первых числах декабря 1939 года меня неожиданно вызвали в штаб соседнего авиаполка. Разговор был короткий.
— О войне с Финляндией знаешь? — спросил начштаба.
— Знаю, — ответил я.
— На «Чайке» летать сможешь?
— Смогу.
— Ну вот и хорошо.
За этим «хорошо» последовали три плотных дня полетов на истребителе И-153 (его называли «Чайка») и обстоятельный инструктаж у инженера эскадрильи Михаила Моисеевича Скролевецкого, человека большой эрудиции в конструкциях самолетов».
Возможно, именно этих пилотов командование полка время от времени задействовало в боевых вылетах 4-й эскадрильи для ознакомления с ТВД и чтобы немного разгрузить личный состав собственно 4-й эскадрильи. Но вернемся к событиям над финским аэродромом.
Порфирий Афанасьевич Михайлюк на самом деле увел свою группу немного восточнее от указанного места и выскочил к аэродрому Йоутсено как раз в тот момент, когда находившиеся там истребители 1-го звена LLv 24 готовились к взлету. Звено располагало собственными шестью «Фоккерами», еще три истребителя с экипажами были приданы ему из 4-го звена. Так же в Йоутсено находился неисправный истребитель командира 3-го звена капитана Э. Луукканена. К моменту появления И-16 четыре финских истребителя были готовы к вылету. Первой пошла на взлет пара в составе знаменитого на весь мир после своего триумфального боя 6 января 1940 года лейтенанта Йормо Сарванто и сержанта Т. Вуорима. Во время взлета «Фоккер» Вуоримы получил очередь от кого-то из пилотов И-16 и плюхнулся обратно на аэродром. Следом за Сарванто благополучно смогла взлететь пара 4-го звена в составе старшин Х. Иконена и Л. Хейкинаро. Интересно, что оба старшины имели на своем счету по две личных и две групповых победы, а «снятый» на взлете сержант Вуорима вообще был полноправным асом с пятью личными победами. Личный же счет лейтенанта Сарванто к этому времени достиг двенадцати побед. Правда, что весьма характерно, все победы этих финских летчиков были одержаны над бомбардировщиками. В описанном выше воздушном бою финны потерь не имели.
Что касается уничтоженных на земле пяти истребителей, то финская сторона этот успех летчиков 7-го ИАП не подтверждает. Хотя, откровенно говоря, уничтожение на земле сразу пяти истребителей, учитывая, что у советских самолетов ничего, кроме двух-четырех 7,62-мм пулеметов, из вооружения не было, и без финских данных выглядит весьма сомнительно. Впрочем, судя по всему, налет «ишачков» все-таки не прошел для финских истребителей бесследно. Вскоре после налета командир 1-го звена получил приказ перебазировать свои боеспособные самолеты в Руоколахти, однако из Йоутсено смогли вылететь только четыре «Фоккера», в том числе все успевшие взлететь во время атаки 7-го ИАП истребители. Вылетели, чтобы вскоре попасть под удар уже 68-го ИАП… Оставшиеся же в Йоутсено самолеты боевых вылетов в этот день больше не совершали, вполне вероятно, что из-за полученных утром повреждений. Но уже в 16 часов все истребители звена, включая подбитый на взлете «Фоккер» сержанта Вуорима, были перегнаны в Руоколахти. Это говорит о том, что полученные финскими истребителями повреждения если и были, то совершенно точно не носили фатального характера. В Йоутсено остался только по-прежнему неисправный «Фоккер» Луукканена.
За образцовое выполнение боевого задания личный состав 4-й эскадрильи получил благодарность от Члена Военного Совета фронта А.А. Жданова и Командующего ВВС 7-й армии комдива Денисова. Командование же 7-го ИАП вечером решило повторить удар по найденному аэродрому. В 16.47-16.54 с Ваммельярви стартовали шесть И-153 3-й эскадрильи под командованием старшего лейтенанта Г.С. Жуйкова, исполняющего обязанности военкома эскадрильи, «Чайка» капитана К.Г.Павлова и семь И-16 во главе с Михайлюком. Самолетов на аэродроме летчики не обнаружили (хотя там оставался «Фоккер» Луукканена), а потому отбомбились по аэродрому и аэродромным постройкам. Согласно «журналу боевых действий» полка, капитану Павлову удалось попасть двумя ЗАБ-50 в помещение склада, однако финские данные сообщают об отсутствии повреждений в результате бомбардировки. Косвенно это подтвердили и летчики 4-й эскадрильи, доложившие, что «Чайки» сбросили бомбы на лед.
Между тем, к началу марта боеспособность истребителей из LLv 24 упала до рекордно низкой за войну отметки. Из 23 имевшихся в составе эскадрильи «Фоккеров» на 1 марта полностью исправными были только 10, причем «обвал» произошел буквально за один день 29 февраля, когда еще утром в боеспособном состоянии в эскадрилье было 22 из 24 истребителей. Личный состав эскадрильи также был изрядно вымотан трехмесячной боевой работой. Учитывая эти обстоятельства, командование финских ВВС, несмотря на тяжелую ситуацию на земле и в воздухе, решило 1 марта вывести эскадрилью на отдых, а заодно и перевооружить её на «Фиаты». Штаб LLv 24 был переведен в Леми (к западу от Лаппеенранты), туда же перегнали или перевезли истребители из Иммолы и Руоколахти. А 3 марта в Леми перелетел отряд лейтенанта Л. Ахола (2-е и 5-е звенья), прикрывавший юго-западную Финляндию до ввода в строй эскадрильи LLv 28. Сержант Ильмари Юутилайнен вспоминал: «Этот период отдыха был очень нам нужен, поскольку люди были изнурены, а наши истребители получили множество боевых повреждений, которые требовали ремонта. Наша эскадрилья провела много трудных дней над линией фронта и в тыловых районах, сражаясь с группами вражеских бомбардировщиков и истребителей. Многие наши хорошие пилоты и друзья пожертвовали своей жизнью за свою Родину. А сейчас мы имели два дня отдыха, чтобы подготовиться к новым заданиям». Надо заметить, что отдых действительно пошел эскадрилье на пользу. К утру 5 марта число боеспособных истребителей в ней выросло до двух десятков, а общее количество самолетов – до 26, фактически достигнув показателей месячной давности.

Таблица 12. Состав LLv 24 (по состоянию на 5 марта 1940 года)

Количество истребителей D.XXI в звеньях. Всего
1-е звено 2-е звено 3-е звено 4-е звено 5-е звено
6 3 4 4 7 24+2*
*Принадлежность еще двух истребителей не установлена.

ВВС 7-й армии к началу и в первые дни нового наступления снова получили серьезную подпитку. Состав 1-й легкой бомбардировочной авиабригады пополнился 5-м сбап, таким образом, число авиаполков СБ ВВС армии выросло до пяти. Р-Зеты и ССС 1-й бригады действовали по ночам, выполнив с 28 февраля по 12 марта 757 боевых вылетов, из которых 618 по войскам противника, а СБ - в дневное время. Состав 59-й авиабригады 29 февраля – 1 марта пополнился сразу двумя авиаполками – 148-м и 23-м иап. Первый был сформирован специально для финского фронта в Подмосковье на базе авиаполков Московского военного округа, второй переброшен из Киевского Особого военного округа. Вооружены оба новых полка были истребителями И-15бис и И-153, способными выполнять функции легких штурмовиков, и в марте во многом приняли на себя задачи непосредственной поддержки войск на поле боя в дневное время.
Ну а ВВС 7-й армии, да и вообще ВВС СЗФ, 1 марта заметно сбавили свою активность. За день авиацией армии было произведено 619 самолетовылетов, причем снижение активности произошло исключительно за счет бомбардировочной авиации, выполнившей всего 182 вылета. Истребители же продолжали действовать с той же интенсивностью, что и накануне. Всего истребители ВВС 7-й армии в течение дня произвели 325 боевых вылетов, в том числе 56 – новый 148-й иап, подключившийся к боевой работе с этого дня. На долю же 7-го иап пришлось 148 вылетов. Кратковременный отдых, данный командованием полка летчикам 4-й эскадрильи (а возможно и помощь летчиков 5-й эскадрильи), позволил ей в начале марта вновь стать одной из самых «летающих» эскадрилий полка. В течение дня на её счету было 42 боевых вылета, при этом восемь летчиков поднимались в воздух по четыре раза. 1-я эскадрилья выполнила еще 41 боевой вылет. Нетрудно заметить, что именно «старые-добрые» И-16 с моторами М-25 продолжали «тянуть лямку» в полку.
Поскольку советское командование, конечно же, не знало о выводе из боев LLv 24, 1 марта решено было повторить успех предыдущего дня. На поиски скрывшихся с атакованного днем ранее аэродрома финских истребителей к Лаппеенранте отправилось сразу 12 И-16 4-й эскадрильи во главе все с тем же старшим лейтенантом Михайлюком. Увы, на сей раз попытка не удалась, и никаких самолетов обнаружено не было, хотя следы посадки видели в районе Тальон-саари и севернее станции Лумяки (на озере Кивиярви к западу от Лаппеенранты). Уже вечером шесть И-16 2-й эскадрильи, которая вновь весь день прикрывала корректировщиков, с парой лидеров из 4-й эскадрильи отправились к предполагаемому финскому аэродрому у озера Торхон-ярви, но ничего интересного не обнаружили. «Самолетов противника нет. Своих очень много», - лаконично сообщает нам по этому поводу «Журнал боевых действий» полка.
Основные же усилия истребителей 7-го иап были по-прежнему направлены на обеспечение работы бомбардировщиков и фоторазведчиков. До полудня восьмерка И-153 капитана Полякова успела сопроводить группу СБ к Иматре, а восемь И-153 старшего лейтенанта Гейбо и звено пушечных И-16 старшего лейтенанта А.П. Черникова – к Лаппеенранте. Летчики 4-й эскадрильи заботливо опекали фоторазведчиков, которые продолжали фотографировать Сайменский канал и северное побережье Выборгского залива. Впрочем, почти треть вылетов на сопровождение в этот день прошли впустую. В 15.00-15.04 с Ваммель-ярви стартовали две группы истребителей – семь «чаек» капитана Полякова и девятка И-16 старшего лейтенанта Черникова. Над озером Риеск-ярви истребители должны были встретиться с очередной группой бомбардировщиков и сопроводить их к цели. Однако, добросовестно проболтавшись сорок минут над озером, летчики так и не дождались своих подопечных. В результате Поляков увел свою эскадрилью назад, а Черников над Риеск-ярви встретил звено фоторазведчиков СБ и прикрывал их до Лаппеенранты и назад. Надо полагать, что экипажи трех разведчиков чувствовали себя более чем спокойно, когда на каждого из них приходилось по три истребителя сопровождения!
На штурмовку войск противника 1 марта летали сравнительно мало, поскольку район к западу от Выборга в этот день активно осваивали летчики «чаек» 148-го иап. Объектами же атак летчиков 7-го иап стали, в первую очередь, железнодорожные составы на дороге, идущей на северо-запад от Выборга. Достаточно крупному налету вечером подвергся район между станциями Симола и Лоуко, где действовали в общей сложности 13 «чаек» из 3-й и 5-й эскадрилий под прикрытием звена И-16 4-й эскадрильи. По данным «журнала боевых действий» полка, всего летчиками «чаек» было атаковано пять эшелонов, в три из которых были достигнуты прямые попадания. В общей сложности истребителями было сброшено 6 ЗАБ-50, 20 АО-25 и 24 АО-15. Одновременно с «чайками» финские железные и грунтовые дороги в треугольнике Выборг – Лаппеенранта – Иматра обследовали две группы И-16 – восемь из состава 1-А эскадрильи под командованием старшего политрука Исаева и шесть из 4-й эскадрильи под командованием старшего лейтенанта Михайлюка. Истребителями было обстреляно несколько автомашин и зенитная точка. Усталость от постоянной боевой работы все же давала себя знать: при посадке на свой аэродром старший лейтенант А.С. Куликов из группы Михайлюка забыл выпустить лыжи и сел на «живот», погнув винт своего истребителя.
На следующий день началось наступление советских 10-го и 28-го стрелковых корпусов по льду Выборгского залива в обход Выборга с запада. Советское командование вообще решило временно отказаться от непосредственно штурма города, предпочтя мощными ударами обойти его с запада и северо-востока, а в городе вести лишь сковывающие бои. Части 10-го стрелкового корпуса должны были форсировать Выборгский залив в его самой узкой части, между полуостровом Лиханиеми и островом Туркин-саари, а также овладеть островом Ууран-саари с городом и крепостью Тронгсунд, после чего выйти на северный берег залива. Наступавшему левее 28-му стрелковому корпусу с полуострова Койвисто предстояло занять несколько островов в заливе и создать плацдарм на северном берегу в районе Вила-Иоки – Сяккиярви для дальнейшего наступления в глубь Финляндии. Нельзя сказать, что для финского командования такой маневр был совершенно неожиданным. Предвидя такое развитие событий, 28 февраля была создана Береговая группа, отвечавшая за оборону северного берега Выборгского залива. В состав группы была включена 4-я пехотная дивизия, оборонявшаяся непосредственно западнее Выборга, и Выборгский сектор, основу которого составили несколько батальонов береговой обороны и части, переброшенные из Приладожья и Лапландии.
Частям 86-й мотострелковой дивизии 28-го стрелкового корпуса уже 2 марта удалось овладеть островом Туппуран-саари, но оборонявший соседний остров Тейкарин-саари финский батальон смог отразить все атаки и удержать свои позиции. Успехи 10-го стрелкового корпуса в этот день оказались еще скромнее: его 113-я стрелковая дивизия вышла на подступы к Туркин-саари, где была остановлена противником. Соседняя 43-я стрелковая дивизия только к вечеру 4 марта после тяжелых боев смогла очистить от противника остров Ууран-саари.
Между тем, активность бомбардировочной авиации ВВС 7-й армии продолжала падать. В течение 2 марта ВВС армии выполнили 504 самолетовылета, в том числе всего 157 СБ. И это пять полков! Для сравнения, летчики 7-го иап совершили в течение дня 158 боевых вылетов, в 1-й эскадрилье 11, а в 4-й – шесть пилотов летали на задание по четыре раза.




Хотите ли Вы е-книгу о 7 ИАП?

Да
52(75.4%)
Нет
8(11.6%)
Не знаю, мало информации
9(13.0%)